24 мая 2018
На сайте 4624 чел.

Мехк-Кхел

официальный интернет-портал Совета тейпов ингушского народа

Мехк-Кхел – Совет тейпов ингушского народа

Опросы

Довольны ли вы работой Главы Ингушетии Ю. Евкурова?

  • Нет (98%, 7 612 Votes)
  • Да (2%, 137 Votes)

Total Voters: 7 749

Загрузка ... Загрузка ...

Контакты

  • Тел.:
    +7 (960) 438-69-96
  • E-mail: mehkakhel@bk.ru

Свежие комментарии

Погода

Курсы основных валют

Savefrom

Просмотры

Къамана яхь йола къонахий

Программа Мехк-Кхел

Страницы

Ссылки

Архив материалов сайта

Время молитв

ПРОБЛЕМЫ ИНГУШСКОЙ АВТОНОМИИ

  Историко-юридическая справка, подготовленная
народным депутатом СССР Х. А. Фаргиевым и розданная в помощь членам Комиссии Совета Национальностей Верховного Совета СССР,  весной-летом 1990 г. изучавшей вопрос восстановления Ингушской автономии.

История ингушского народа как в эпоху самодержавия, так и в годы Советской власти является историей его грабежа в политическом, экономическом и нравственном отношении.

В результате насильственной колонизации со стороны российского самодержавия в XIX в. из долин рек Фортанги и Ассы были выселены ингуши, галашевцы, датыхцы, а земли их переданы Терскому казачьему войску. Войско основало здесь станицы Датыхскую, Галашевскую и хутор Мужичий.
На месте аула Гаджирен-юрт основана в 1847 г. станица Нестеровская;
Таузен-юрт – в 1861 г. станица Воронцово-Дашковская;
Магомет-Хите – 1847 г. – станица Вознесенская;
Ах-Борзе – 1861 г. – Ассиновская;
Ахки-юрт – 1859 г. – Сунженская;
Ангушт – 1859 г. – Тарская;
Ильдар-г1ала 1859 г. – Карабулакская;
Алхасте – 1860 г. – Фельдмаршальская;
Шалхи – 1867 г. – хут. Тарский.
В 1845 г. основаны станицы Троицкая и Слепцовская,
1846 г. – Михайловская.

Часть ингушей, жившая в этих аулах, вымерла от голода, холода и болезней во время переселений, часть нашла приют у горцев и назрановцев, часть была переселена в Турцию. Запертые в горах ингуши оказались обреченными на тяжелое нищенское существование. Царская администрация, лишив ингушей многих своих земель, систематически проводила грабеж ингушского народа и политикой обложения налогами. Так, по свидетельству Г. Цагалова (осетина по национальности) ингуши уплачивали налогов «больше своих соседей – осетин и чеченцев. Так, подымного сбора они уплатили в 1866 г. – 13 тыс. руб., а осетины – (!) 10 тыс. руб., несмотря на то, что последних было всегда вдвое больше. Спрашивается, насколько больше, за все эти 30 лет, взыскано одного хотя бы подымного сбора с ингушей сравнительно с осетинами, сообразно численности тех и других?

Местные официальные исследования выяснили, что еще в 1889 г. платежи 40 тыс. ингушей равнялись платежам 80 тыс. осетин Владикавказского округа. В 1889 г. осетины и ингуши уплатили подымного сбора по 17 тыс. руб., на содержание долностных сельских лиц по 25 тыс. руб, 200 тыс. чеченцев Грозненского округа уплачивают к концу года казенных, мирских, земских платежей и штрафов столько же, сколько 45 тыс. ингушей! За пять лет земские и мирские платежи достигли в Грозненском округе 160 тыс. руб., у ингушей же 320 тыс. руб. и больше. В результате такого непосильного обложения мы получили в центре Терской области, богатой природой, обнищавшее племя» (цитирую по кн.: Г. К. Мартиросян «История Ингушии», Орджоникидзе, изд-во «Сердало» Инг. авт. обл., 1933, с. 105).

Таким образом, основная трудовая масса крестьянства нагорной Ингушетии, испытывавшая постоянно острую нужду в земле, после захвата аулов под казачьи станицы, оказалась в самых тяжелых экономических условиях.

Октябрьская революция и гражданская война вернули ингушам земли и села, отнятые царской политикой колониального грабежа, позволили им создать свою государственность в составе Автономной Горской Социалистической Советской Республики, позже государственность ингушского народа оформилась в виде отдельной Ингушской Автономной области.

7 июля 1924 г. ВЦИК был принят Декрет за № 656 «Об упразднении Автономной Горской Социалистической Советской Республики и расчленении ее по национальному признаку на две автономные области – Северная Осетия и Ингушетия…» По этому Декрету, в согласии с волеизъявлением народностей, населяющих Горскую Республику, было решено расчленить ее по национальному признаку на две автономные области – Северную Осетию и Ингушетию с административным центром в г. Владикавказе. Принятие такого решения было обусловлено соображениями того, что это «будет наиболее отвечать как культурному, так и хозяйственному развитию народностей» («Горская правда» за № 156 от 13 июля 1924 г.) Это решение также соответствовало основной идее ленинской национальной политики о том, что «подлинное демократическое государство не исключает, а напротив, требует … автономии», удовлетворяющей законные права и интересы народностей и народов.

Однако по мере укрепления тоталитарного сталинского режима попирались ленинские принципы национальной политики в отношении ингушского народа.

19 декабря 1933 г. опросом членов Президиума ВЦИК было принято решение «О порядке созыва чрезвычайных съездов Советов Чеченской и Ингушской автономных областей Северо-Кавказского края», внесенное секретариатом ВЦИК, в котором незаконно разрешается «в изъятие действующего законодательства созыв Чрезвычайных съездов Советов Чеченской и Ингушской автономных областей Северо-Кавказского края провести непосредственно от расширенных пленумов сельсоветов…»

15 января 1934 г. опросом членов Президиума ВЦИК был утвержден проект постановления ВЦИК «Об образовании объединенной Чечено-Ингушской автономной области», где говорится о том, что данное решение принято «в согласии с выраженной волей трудящегося населения Чеченской и Ингушской автономных областей…» Однако история свидетельствует, что в условиях сталинского режима не было и не могло быть свободного волеизъявления народа, доказательством чему являются десятки миллионов насильственно оборванных человеческих жизней, миллионы нравственно искалеченных душ.

По поводу приведенных выше решений ВЦИК можно заметить следующее. Во-первых, созыв съездов Советов Чеченской и Ингушской автономных областей был определен в нарушение действовавшего тогда законодательства. Во-вторых, налицо явное нарушение процедуры принятия и утверждения постановлений ВЦИК, которая происходила келейно, путем опроса членов Президиума ВЦИК, и притом далеко не всех, а на заседании Президиума ВЦИК данные вопросы не выносились, что лишает их юридической силы, и, следовательно, считать их законными невозможно. Сам факт упразднения ингушской автономии противоречит действующей в то время Конституции РСФСР, которая гласила: «РСФСР … объявляет совершенно несовместимым с основными законами республики какое бы то ни было … ограничение … равноправия и и тем более установление или допущение каких бы то ни было (прямых или косвенных) преимуществ для отдельной национальности…» (Раздел Первый, глава Первая, статья 13-я).

Таким образом, были нарушены основные принципы равноправия народов, попраны права ингушского народа на свою государственность. Депортация чеченского и ингушского народов в 1944 г. лишила их национальной автономии. 23 февраля 1944 г. произошло выселение, а затем задним числом 7 марта 1944 г. издается Указ Президиума Верховного Совета СССР об этом выселении, что свидетельствует о полнейшем беззаконии в отношении чеченцев и ингушей.

С позиций Конституции СССР 1936 г. эта незаконность подтверждается следующими ее статьями. Так, ст. 127 гласила: «Гражданам СССР обеспечивается неприкосновенность личности, никто не может быть подвергнут аресту иначе как по постановлению суда или с санкции прокурора». 23 февраля 1944 г. была нарушена неприкосновенность чеченского и ингушского народов, загнанных в концлагерь без суда и следствия.
Ст. 128 – «Неприкосновенность жилища граждан … охраняется законом». 23 февраля 1944 г. правящая партийно-государственная сталинская мафия ограбила до нитки чеченский и ингушский народы.
Ст. 123 – «…всякая проповедь … национальной исключительности или ненависти и пренебрежения – караются законом». В массовом сознании советских людей в отношении чеченцев и ингушей создается мнение как о народах-предателях.

Указом ПВС СССР от 9 января 1957 г. «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР в составе РСФСР» было признано необходимым восстановить национальную автономию чеченского и ингушского народов. Хотя в пункте третьем данного Указа признано «считать утратившим силу Указ ПВС СССР от 7 марта 1944 г. «О ликвидации Чечено-Ингушской АССР и об административном устройстве ее территории» и статью вторую Указа ПВС СССР от 16 июля 1956 г. в части запрещения чеченцам и ингушам возвращаться на прежнее местожительство, условия этого Указа в отношении ингушского народа фактически не были выполнены, решение о восстановлении малой Родины ингушей было половинчатым.

В результате закулисных интриг сталинской мафии Пригородный район ЧИАССР был присоединен к Северной Осетии. Таким образом закрепляется антиконституционное ограничение равноправия, устанавливается прямое преимущество для одного народа за счет прямого грабежа другого. Ингушам «конституционно» предоставляется звание пасынков Отечества, лишенных права любить свою малую Родину. Незыблемость этого беззакония до наших дней является прекрасным памятником сталинской национальной политике, воздвигнутым тогдашними руководителями РСФСР, СОАССР и ЧИАССР.

Незаконность отторжения Пригородного района от Чечено-Ингушской АССР и включение его в состав Северо-Осетинской АССР подтверждается принятием Верховным Советом СССР от 14 ноября 1989 г. Декларации о признании незаконными репрессивных актов выселения целых народов, предусматривающей безусловное восстановление прав репрессированных народов.

Создание привилегий осетинам за счет ингушей не ограничивается отторжением Пригородного района. Указом ПВС СССР от 1 марта 1944 г. к Северной Осетии был присоединен Моздокский район Ставропольского края после того, когда ингуши без всякого указа были выселены. Как известно, Моздокский район ни экономически, ни политически, ни географически не был связан с Северной Осетией. Но тем не менее был искусственно присоединен к Северной Осетии и присоединение это опять произошло за счет территори Ингушетии.

Требование ингушского народа восстановить свою автономию и создать Ингушскую АССР полностью соответствует нормам международного права и международным договорам, предусматривающим право народов самим определять свой политический статус, социальное и культурное развитие. В частности, в «Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе» в главе VII сказано: «Государства – участники будут уважать равноправие и право народов распоряжаться своей судьбой в соответствии с целями и принципами Устава ООН и соответствующими нормами международного права, включая те, которые относятся к территориальной целостности государства». Как известно, решение вопроса восстановления ингушской автономии не затрагивает территориальной целостности Советского государства.

Проблема восстановления ингушской автономии включает в себя еще один аспект торжествующего беззакония. Согласно Декрета ВЦИК от 7 июля 1924 г. «Об упразднении Автономной Горской Социалистической Советской Республики…» Ингушетия и Северная Осетия имели свой административный центр в г. Владикавказе (ныне г. Орджоникидзе), который являлся самостоятельной административной единицей, подчиненной непосредственно ВЦИК, и управлялся городским Советом. По этому Декрету была создана Комиссия по вопросам Горской республики, которая на совещании, состоявшемся 28 июня 1924 года (протокол № 2), слушала вопрос «О зданиях, предоставляемых под партийные, советские, хозяйственные учреждения, учебные и лечебные заведения, которые закреплялись за Осетинским окрисполкомом и Ингушским окрисполкомом. Также на этом совещании был решен вопрос о передачепредприятий, находящихся в г. Владикавказе Ингушскому, Осетинскому, Городскому и Сунженскому ревкомам. Причем основной и оборотный капитал этих предприятий составлял:

Ингушский ревком – (!) 749 259 руб. 49 коп.;
Осетинский ревком – 426 021 руб. 70 коп.;
Городской ревком – 590 845 руб. 81 коп.;
Сунженский ревком 30 868 руб. 65 коп.

К тому времени в Ингушетии сложился целостный народнохозяйственный комплекс на базе заводов и фабрик г. Владикавказа, началась усиленная индустриализация. Но сталинская административно-командная система нуждалась в предельно централизованных структурах и она игнорировала потребности национального развития ингушского народа. Под предлогом защиты общегосударственных интересов была резко ограничена самостоятельность и суверинитет Ингушетии.

Постановлением Президиума ВЦИК с 1 июля 1933 г. Орджоникидзе был включен в состав автономной области Северная Осетия с непосредственным подчинением облисполкому Северо-Осетинской АО. Так, росчерком пера, без всяких объяснений Ингушетия была лишена своего административного, промышленного и культурного центра, была подорвана ее экономическая база, а затем ликвидирована ее государственность.

Еще один фактор, усиливающий национальное недовольство и постоянно напоминающий ингушам о колониальной политике российского самодержавия и более изощренной, жестокой политике геноцида диктатуры И. Сталина. Имеется в виду сохранение до настоящего времени в Чечено-Ингушетии и в Пригородном районе Северной Осетии наименований ингушских сел, имевших место в эпоху царизма, сметенных революцией, и вновь переименованных после выселения ингушей 23 февраля 1944 г. Русский ученый Г. Д. Гачев так относится к переименованиям: «Как у нас расправляются с древними поэтическими смыслами, переименовывая с легкостью! Топонимика – это та же наша среда обитания, Словосфера, питающая ум и душу, мысль и сердце. Переименовки же – это разрушения в сфере слова, кража со взломом в Логосе, грабеж в памяти народной» («Литературная газета» № 33 от 17 августа 1988 г.).

Именно такой «грабеж в памяти народной» царит в Ингушетии. Всякий, кто пытается оправдать этот произвол, стоит на махровых националистических позициях, ибо В. И. Ленин жестко требовал: «Ни одной привилегии ни для одной нации…», «создать условия, исключающие самомалейшую национальную привилегию» (ПСС, т. 23, с. 150, 319). Ликвидация Ингушской АО, лишение ингушей своего административного, промышленного и культурного центра и сохранение наименований сел романовско-сталинского пошиба – это не «самомалейшая», а громадная привилегия для одной нации за счет ущемления другой. Однако в памяти ингушского народа они живут, потому что ее не бросишь за решетку, не поставишь к стенке и не отправишь в ссылку. Столкновение же памяти ингушского народа с существующим беззаконием порождает национальное недовольство, националистические настроения и катаклизмы.

Политика беззакония в отношении ингушского народа продолжается и в последние десятилетия. Так, несмотря на то, что Указ ПВС СССР от 9 января 1957 г. «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР…» и Постановление Совета Министров от 12 апреля 1957 № 205 «О предоставлении льгот и оказании помощи колхозникам, рабочим и служащим, возвращающимся в Чечено-Ингушскую АССР, а также в некоторые районы Северо-Осетинской АССР» разрешало чеченцам и ингушам возвращаться на прежнее местожительство, десятки тысяч ингушей фактически лишены права проживания на родной земле. Сложившуюся практику запрещения ингушам возвращаться на свою историческую родину закрепило Постановление Совета Министров от 5 марта 1982 г. за № 183 «Об ограничении прописки граждан в Пригородном районе Северной Осетии». Согласно Постановлению «в качестве временной меры … не подлежат прописке граждане, вновь прибывшие на постоянное жительство». Данное Постановление является незаконным, так как оно противоречит Указу ПВС СССР от 9 января 1957 г., Конституции СССР и нормам международного права.

Грабеж ингушского народа осуществляется также за счет несправедливого размещения производительных сил. Так, по данным экономиста Кантышева Р., общий объем промышленного производства предприятий, расположенных в Ингушетии равен 106 668 тыс. руб., что составляет 5,56 % к общему объему промышленного производства в ЧИАССР и насчитывается всего 13 предприятий районного значения из 120 предприятий республики. Соответственно, прибыль по предприятиям Ингушетии составляет 11 650 тыс. руб. или 4, 17 %. Вся промышленность в ЧИАССР сосредоточена в основном в г. Грозном, Аргуне, Гудермесе.

Самыми отсталыми в ЧИАССР в социально-экономическом развитии на 1990 г. являются три района компактного проживания ингушей – Назрановский, Малгобекский, Сунженский в ЧИАССР и Пригородный район в СОАССР.

В Декларации государств – участников Варшавского Договора, принятой на Совещании политического консультативного комитета в Москве в ноябре 1978 г. единодушно было выражено убеждение в том, что подлинная демократия и истинный гуманизм несовместимы с сохранением экономического, социального и политического неравенства, национальной и расовой дискриминации.

Необходимо на деле обеспечить уважение политических, гражданских, экономических, социальных, культурных и других прав ингушского народа.

Исходя из вышеизложенного, от имени всего ингушского народа четырежды ограбленного в экономическом, политическом и нравственном отношении сталинским государством в 1933, 1934, 1944, 1957 гг.;
страдающего от неумелой, бездарной, а зачастую и незаконной деятельности центральных и местных ведомств, не сумевших способствовать развитию экономики и социальной сферы на протяжении последних десятилетий;
убежденного в невозможности возвести здание правового государства на фундаменте сталинского беззакония;
считаю необходимым, чтобы Комиссия Верховного Совета СССР:

1) признала незаконным упразднение ингушской автономии в 1934 г.;
2) ходатайствовала перед Первым Съездом народных депутатов РСФСР о решении вопроса восстановления Ингушской автономии и создания Ингушской АССР с центром в правобережной части г. Орджоникидзе на данном Съезде.

Х. Фаргиев,
член Верховного Совета СССР

22. 05. 2016

https://www.proza.ru/2016/05/22/60

Примечание

Данная справка с набором документов, собранных мной в архивах и сброшюрованных в отдельные книги, была вручена членам Комиссии А. М. Белякову, А. Акаеву, Ю. Р. Боярсу, М. Дарсигову, С. Б. Лаврову, Ю. Н. Мариничеву и П. Д Осипову. Итогом работы Комиссии стало признание необходимости и обоснованности включения Пригородного района в границах 1944 г. в состав ЧИ АССР. Муса Дарсигов внес в заключение свое особое мнение о том, что столица Ингушской республики должна находиться в правобережной части г. Владикавказа. Д. Завгаев в своем особом мнении предложил вообще исключить из Заключения пункт 5, где говорится о невозможности реализации вопроса размещения столицы Ингушетии в правобережной части Владикавказа.

Справка была также опубликована во всех районных газетах Ингушетии, в частности, в газете Малгобекского района «Ленинское знамя» № 54 от 4 мая 1990 г.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нравится(6)Не нравится(1)

Оставить новый комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

© 2018. Республика Ингушетия, Назрань. Мехк-Кхел.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Яндекс.Метрика